8 часть. Море

Глава 1

Катамаран пришвартован у причала. Мы ждём на пирсе приезда товарищей. Они должны прилететь, у них не так много времени для путешествий, как у нас. Поэтому, мы шли морем, ибо самолеты не для нас.

Место встречи выбрано не случайно. Хургада удобный порт и туристы из России не редкость, никого не удивит, что несколько офицеров захотели отдохнуть у теплого моря. А отсюда в назначенное место идти не далеко, должны всё успеть за срок обычной туристической поездки.

Запланировали, встретившись, съездить к пирамидам, пополнить запасы, докупить недостающее оборудование и быстро двинуться в Персидский залив.

Должен пояснить, что не могу называть всех по именам и не только потому, что вынужден их скрывать. Дело в том, что имя это ключ. Раньше клялись именем. Все наши имена в виде клятв записаны на солнце, потому что приносили клятвы солнцу. Имя открывает судьбу. У нас их много, поскольку мы все приходили не один раз на землю. Но есть и настоящие, первые имена. Их не так просто вспомнить. И как только их вспоминают, то начинает разворачиваться программа судьбы, и мы приступаем к исполнению своего завета-клятвы.

Нашим товарищам еще не названы имена, возможно, они не до конца сделали выбор?

А может быть, я еще не определился в их выборе?

Ну, вот и микроавтобус. Их четверо, двоим уже за сорок, двоим около тридцати. Все крепкого сложения.

Мы тепло поприветствовали друг друга и, проводив в каюты, условились через 15 минут отправиться к пирамидам на том же микроавтобусе.

Хотелось застать закат у пирамид, поэтому торопились.

Пирамиды хороши на закате, нужно выбрать спокойное место и проводить солнце.

Шли под парусом в самом опасном для мореходства районе Индийского океана, в Аденском заливе. И, разумеется, готовились отражать нападение сомалийских пиратов. Шли, соблюдая все правила светомаскировки, но у современных пиратов есть необходимое оборудование для обнаружения целей. И, исходя из целей нашей миссии, мы были уверены в неизбежности такого нападения.

Разумеется, мы готовы ко всяким неожиданностям и постоянно ведём наблюдение при помощи всех доступных средств.

Установили круглосуточное дежурство на флайбридже. Двое, вооруженные оптикой, наблюдают горизонт. Кроме того, вахтенный на посту управления следит за показаниями приборов.

Для стрелкового оружия на флайбридже был оборудован незамысловатый тайник. Чтобы извлечь из него оружие, нужно освободить от воды спа-бассейн и отодвинуть его от стенки. Там укрыт арсенал.

Но, как часто бывает, готовность к битве позволяет её избежать, или отложить. Мы дошли до нужного квадрата без происшествий.

– Думаю, это где-то здесь, – со вздохом облегчения сказал я.

Все стояли у верхнего поста управления и слушали свои ощущения. На море ни кораблей, ни птиц. Оно тянуло в глубину, звало.

– Да. Ложимся в дрейф и готовимся к погружению, – резюмировал Ика. Глаза его горели, он ведь не так давно уже побывал в этом месте.

Начали готовиться. Глубины от двадцати до сорока метров, очень удобно. Вода прозрачная. Дно ровное покрытое песком. На всякий случай встали на якорь.

Глава 2

Погружались вшестером, уже в воде расходились парами, обследовать дно. Связь по рации, металлоискатели, видеокамеры, эхолоты. По легенде снимали фильм о подводных путешествиях.

За горизонтом тоже не забывали следить, здесь хоть и нейтральные воды, но район всё равно не спокойный. Погода стояла удивительная. На душе полное благоденствие, как будто мы в другом мире. Может быть, так и было? Уже два дня погружались. По ночам смотрели на звезды, хотелось продлить время поисков и никуда не уходить с этого места.

– Жаль, но завтра найдём сундук, – сказал Ика.

Этой ночью луна стала полной, висела прямо над морем. Можно было рассмотреть все её моря и горы. Говорить никому не хотелось, даже мне. Так заснули под звёздами и луной. Наверное, такой и должна быть последняя ночь старого мира, красивой и грустной.

Ну, вот и утро. Солнце, вставшее на востоке, показалось каким-то другим, новым и радостным. Оно улыбалось как беззаботный ребёнок. Мы уже забеспокоились, что оно начнет, как мячик скакать по небу, плюхаться в море, ну, в общем, всячески забавляться. Но нет, ничего такого, хвала Небу, не произошло.

Решили держаться вместе, мы ведь уже знали, где этот сундучок. Вытянувшись цепью, не торопясь плыли в метре от дна. Постепенно всё вокруг становилось каким-то не реальным, волшебный свет, именно волшебный, никак его по-другому не назовёшь, лился из того места куда мы направлялись.

Движения ещё более замедлились. Вода, вдруг, превратилась в вязкую субстанцию. Наверное, так материализуется время, в водной среде это переносится комфортнее, переход не такой резкий. Все это постигали именно так, мы даже не пользовались рацией, чтобы понять друг друга.

Свет стал такой яркий, что пришлось закрыть глаза. Но порой для того чтобы что-то увидеть нужно, как раз, закрыть глаза, наверное, в нашем случае, это пришлось сделать, чтобы их просто-напросто сберечь. Добрались, наконец, до источника волшебного света на расстояние метров в пять и остановились.

Сколько уже прошло времени, об этом даже думать не хотелось. Перед нами очередная граница. Да, такую границу просто так не пересечь, можно разлететься на атомы. Даже бессмертная душа может разлететься на какие-нибудь кванты и кварки или бозоны. Да уж, серьезная защита у наших реликвий.

В это время, на борту просто сидели без звуков и движений, и смотрели на светящееся море. Солнце перестало прыгать по небу, замерев в одной точке, чуть дыша. Казалось весь мир, да что там мир вся вселенная замерла, ожидая решения своей судьбы.

Ика коснулся меня рукой. Я кивнул и, подав, знак всем оставаться на месте двинулся сквозь границу.

Ну, вот он сундучок с сокровищами когда-то, незнамо уже, сколько веков тому назад сброшенный здесь с корабля, возможно со словами: «Кара-бля, бросай же его с корабля в море. Чего ты ждешь?» должен теперь на корабль и вернуться. Ты ведь вернёшься, малыш? Ты ведь хочешь. Я знаю. Ты столько ждал, хранил наши камни. Тебе было одиноко и страшно. Всё это время ты был готов умереть исчезнуть навсегда, но не достаться врагу, а я не мог тебе помочь. Мне самому пришлось столько раз умирать, чтобы не достаться врагу.

Он потянулся ко мне, как ребёнок со слезами на глазах. Мне стало так стыдно за то, что так долго не приходил. Мы обнялись. Я тоже заплакал. Мы все заплакали, даже солнце плакало слепым дождём. Граница начала стираться, исчезать, размываться. Все вздохнули с облегчением и открыли наконец-то глаза.

Я подал знак, приблизиться ко мне. Сундучок наполовину в песке. Мы с осторожность вытащили его. Обвязали веревками для подъёма на поверхность. Один из нас поднялся на поверхность подать знак судну.

Глава 3

Когда подняли сундучок на палубу и смыли солёную воду, лишь тогда пришли в себя. Солнышко висело в той же точке, вот же, любопытное какое. Надо бы проверить, кто ещё такой любопытный, но не такой дружелюбный. Что-то беспокойство меня давно не посещало, а это уже само по себе должно настораживать.

Пока все разглядывали находку, поднялся к верхнему посту управления, посмотрел на радар и на экран камеры наблюдения, установленной на мачте. Ну, так и есть, четыре быстроходных катера со стороны берега летели к нам, выжимая из мощных двигателей всё, что можно. Нужно уходить.

Сундучок спрятали в заранее приготовленный тайник, хорошо хоть размеры подошли. Шли с максимальной скоростью в открытый океан, надеясь, что преследователи не смогут так долго идти с большой скоростью. Когда-то же у них кончится топливо?! Все готовились к бою. Достали оружие из тайника.

– Ика, нужна буря. Так сможем затеряться. Лишняя кровь сейчас ни к чему, – сказал я, глядя на чистое небо и совершенно спокойное море.

– Эх, любишь ты бури. Ну, давай, действуй.

Я сказал всем приготовиться к шторму. Когда приготовились, встал, держась за леер и начал будить в себе бурю. Команда ушла внутрь мы же все, пристегнувшись, остались наверху. Всем было интересно, как я буду делать бурю. Эх, лучше бы они спустились вместе с командой. Хорошо хоть одели дождевики.

Итак, буря. Конечно, вроде как просто разница давления это и есть причина движения воздушных масс. Но согласитесь это так скучно. Я вот уверен, ветер живое существо. Такое вездесущее и всеведущее, стихия, одним словом. А стихия, как и мы, любит волю и живёт чувствами. Плевать ей на законы природы, да и вообще на любые законы. Она их просто не знает. Что ей всякие там математические модели. Тьфу.

Вот и я так же считаю. Не надо нагревать океан собирать холодный или горячий фронт, делить всё на области низкого и высокого давления. Зачем? Буря внутри нас. Она всегда снами. Мы ведь можем взорваться в любой момент и по любому поводу. Только воспитание не всем позволяет это делать. Но буря от этого никуда не девается, просто мы ей управляем.

Денёк был очень насыщенный, эмоции, впечатления. Опять же, сундучок, он же здесь, с нами и откликается по любому поводу.

В общем, перегнул я, перегнул, ну, виноват, бывает, увлекаюсь. И потом, это ведь так приятно, выпускать на волю бурю, сливаться с ней, питая друг друга и радуясь каждому новому ощущению. Разве нет? А вы попробуйте. Неужели никогда не пробовали?

Можно, разумеется, поспорить, сказать, что буря для каждого своя. И вашу бурю, кто-то не поймет, и не оценит. Но это не так, буря она и есть буря, своя или чужая. Она и не знает таких понятий. Это всё от лукавого. Это нас враг научил, чтобы ввести институт частной собственности и поработить нас.

Весь мир принадлежит нам, вся вселенная. И все деления на свое, и чужое совершенно бессмысленны и вредны.

Разумеется, это слабое оправдание тому, что я учудил. Но, имейте же, терпение выслушать, раз уж позволили говорить.

Это всё к тому, что мне, конечно же, стыдно перед своими товарищами. Но всё ведь обошлось. Все живы, корабль цел, преследователей нет. То есть в принципе я – герой. Ну, в хорошем смысле слова. Типа, сказал буря и сделал. Ну, как-то так. И потом, все же были пристёгнуты и смогли удержаться.

– Ладно, уж, но больше так не делай, – так они и сказали хором.

– Идем, наконец, сундук открывать, – подвел черту Ика.

Глава 4

Сундучок впечатлял. Даже если бы он не был живым существом это всё равно чудо! Какие мастера его делали? Он просто зачаровывал.

И всё же пришлось, нарушить идиллию созерцания и вставить волшебные золотые ключики в его замочки. Три ключа – три замка, всё просто. Я взял два ключа, Ика один. Одновременно повернули и крышка поднялась.

Внутри книга, свитки, кинжалы и оставшиеся не разложенными когда-то и спящие теперь камни. Ещё набор письменных принадлежностей использующихся для записей в книге. И карта.

В полной тишине, под завороженными взглядами товарищей, я извлек книгу. С благоговением перенёс на стол. Кожаный переплёт, две серебряные застёжки, знаки солнца и ключа выдавлены на обложке. Ни надписей, ни просто букв. Пока разглядывали книгу, Ика поставил на стол письменные принадлежности. Простая серебряная чернильница и серебряный же калам. Все сели за стол.

Посидели так, не знаю, сколько времени с закрытыми глазами и в полной тишине. Когда открыл глаза, все смотрели на меня. Я взглянул на Ику, он кивнул мне. Я открыл книгу.

Опять мне делать записи, впрочем, арабскими харфами только я и мог писать. Книга открылась на чистой странице. Вот что значит, это выражение: начинать с чистого листа. Казалось, я это проделывал каждый день. Обмакнул калам в чернила и принялся писать.

Вернуться к оглавлению

Часть I. Ночь Часть II. Караван Часть III. Аджубей Часть IV. За гранью безумия Часть V. Тайга