blackpost

дневники акель

Меню

Дом для капраса

фэнтези роман из цикла "хроники черной империи"

автор akel

Акель (снежный барс)
AKEL

25. Каменная Книга

Загородный отель состоял из нескольких деревянных коттеджей, находящихся на хорошо охраняемой территории. Войдя в наш домик, я ощутила, как сильно устала на прошедший день. Отказавшись от ужина, тут же отправилась в свою комнату и уснула, едва коснувшись головой подушки.

Всю ночь снились рыцари, битвы на мечах и прекрасные дамы, ожидающие кавалеров в неприступных замках. Но все сюжетные линии сна напрочь забылись сразу после пробуждения.

— Анечка, а мы вчера “Голубиную книгу” читали, — радостно объявила Маруся за завтраком. — Помнишь, Миша говорил, что на храме изображена сцена из нее. Тот момент, когда звери пришли послушать царя Давида.

— Да, они с этой книгой вчера нам с Олегом голову задурили, — со смехом признался Алексей.

Перебивая друг друга, девочки принялись рассказывать. “Голубиная книга” — легендарный артефакт, литературный и философский памятник Древней Руси. Это сборник духовных стихов — многочисленных пересказов библейских историй и языческих сказаний, относящихся к 14-16 векам.

Книгу можно назвать народным вариантом Святого Писания. Но спорный вопрос, что на ее страницы пришло к нам из глубины веков, а что было добавлено церковными цензорами или мистификаторами. Из-за этой причудливой смеси разных верований “Голубиную книгу” не жалуют ни христиане, ни современные язычники.

— «Голубиную книгу» еще называют «Каменной книгой», — радостно объявила Маруся. — Ее всегда сравнивали с каким-то Священным Камнем. То ли она была на нем высечена, то ли в ней упоминается о легендарном Алатырь-Камне, находящемся на острове Буяне.

— А может, речь идет о каком-нибудь из наших Магических Кристаллов? — предположила я. — Мне друг недавно тоже писал про Буян и Камень Алатырь. Это же был славянский Рай.

— Вот именно, — в один голос согласились девочки.

— Смотри, в самом начале книги речь идет об Острове-Буяне, что посреди Моря-Океяна. Там еще Дуб-Стародуб и Бел-Горюч Камень Алатырь. Все почти по Пушкину. Даже Ученый кот имеется. А живет на этом острове Царь царей, Белый волхв, к которому за советом со всех славянских земель стекались князья. Они гадали, ритуалы проводили, — начала Маруся.

— Да, такая традиция была на острове Буяне, который потом назывался Руяном, а теперь Рюген. Он находится в Германии, — добавила Ника.

— Ну вот, и встречал всех на острове Вещий Баян — Белый Волхв. Некоторые исследователи считают, что он был не просто Верховным жрецом главного Бога западных славян Свентовита, а его человеческим воплощением. И властвовал он над всеми царями. Что еще известно про Баяна? Что он отличался божественной мудростью, носил белые одежды и играл на гуслях. Понимаешь, к чему я?

— Не очень.

— Царь Давид — это и есть Баян. Его тоже называли мудрейшим, он обладал огромной властью и любил играть на гуслях. Его песни-псалмы до сих поются в храмах. И в некоторых вариантах “Голубиной книги” Баяна так и называют Давыдом Евсеевичем. А отца царя Давида знали Иессей, на славянский лад — Евсей.

— А начинается книга с того, что к Давыду Евсеевичу приходит за советом “Белый князь Волот Волотович”. Спрашивает, как вселенная появилась и все тому подобное. Давыд учит его как быть хорошим государем. И помимо всего прочего говорит, что главная над птицами — жар-птица, а над животными — Индрик-зверь. Скажу сразу, что это за зверь такой доподлинно не известно. Но не исключено, что его и изобразил на храме Андрей Боголюбский рядом с царем Давидом. Это или грифон, или лев — то есть Пушкинский “Кот ученый”.

— Подожди, значит, к царю царей Давиду приходит за советом князь Волот Волотович? Это как Владимир Владимирович? — осенило меня.

— Ну да.

— И храм — то место, где обитает дух великого гусляра? Он поет, а животные его слушают. И людей приглашают присоединиться. И Храм Соломона был построен с этой же целью. Там тоже были изображения крылатых львов и грифонов, как и у нас на Нерли. Преемственность налицо.

Дав мне возможность немного осмыслить услышанное, Алексей продолжил:

— А Олег еще сказал, что теперь начинает понимать, почему все храмы Владимиро-Суздальской Руси строились из белого камня, а не из кирпича, который обходился в 10 раз дешевле. Историки давно ломают голову над этой загадкой. Ведь в то же время в Киеве, Пскове, Новгороде все постройки делались из кирпича. Это технологичней и намного экономичней. Камень тоже использовали, но местами. А во Владимире князья почему-то позволяли себе такое расточительство. Хотя можно было в 10 раз удешевить процесс.

— И почему?

— Потому что, Камень-Алатырь был Бел-Горюч. И Баян был белым волхвом, и Владимир Владимирович белым князем…

— Ты хотел сказать Волот Волотович?

— Да, оговорился. Но сути дела это не меняет. Получается, белый камень — важный сакральный символ для людей той эпохи. И поэтому князья тратили на него безумные деньги. Геологические анализы показали, что во Владимир они возили камень из подмосковного Подольска! Только представьте! Это очень большое расстояние по тем временам. А глина для кирпича была под рукой в Суздале. Можно сказать, под ногами лежала. И напомню, из кирпича сам процесс строительства стоило несравнимо дешевле. За те же деньги можно было десять соборов Покрова на Нерли отстроить вместо одного. Кроме того, из кирпича можно строить более просторные соборы. Это связано с технологией. Мы же были вчера в храме Покрова. Просторно там?

— Нет, тесно. Хотя с виду храм выглядит большим. А внутри только одна группа туристов поместилась. Может, Боголюбский хотел сделать свои города похожими на Иерусалим? — догадалась я. — Там ведь тоже все из белого камня строится, местного песчаника.

— Чисто внешне белокаменные храмы более привлекательны. Может, в этом причина? — предположила Маруся.

— По поводу привлекательности готов поспорить, — возразил Алексей. — Это же песчаник, он все загрязнения впитывает. А если рядом пожар? Храм уже не будет таким белоснежным. Скорее, грязно-серыми.

— А пожары тогда редкостью не были. Странно все это. Пожалуй, такое пристрастие к белым камням можно объяснить только какой-то сакральной причиной. И простые люди это понимали. Иначе взбунтовались бы против неоправданного расточительства князей, тогда народ особой покорностью не отличался. Интересно, только Боголюбский строил белокаменные храмы?

Порывшись в интернете, мы выяснили, что первым стал использовать белый камень князь Юрий Долгорукий. И потом еще около трех веков существовала эта традиция. А после, церкви строились только из кирпича.

— Может, каменные храмы более надежны? — спросила Ника. — Я думаю, все-таки была какая-то экономическая причина для их строительства. Не просто же так триста лет камень использовали.

— Никакой экономической выгоды не было. Современные архитекторы уже не раз все просчитали, — возразил Алексей. — Говорят, что наоборот, кирпичная кладка надежней, чем каменная. Мы же не в Иерусалиме, где дожди редкость. У нас песчаник влагу впитывает, а потом трескается на морозе, разрушается.

— Ну, тогда больше никаких утилитарных объяснений этому феномену у меня нет, — сдалась Ника. — Только если что-то мистическое.

— Но мы заболтались совсем, а нас ждет Владимир, — объявил Алексей, вставая из-за стола. — К храму ребята нас на полицейской машине отвезут. А наш джип туда подгонят. Кстати, сегодня Дмитриевский собор закрыт — в музее выходной. Но не расстраивайтесь, специально для нас его откроют.

26. Дмитриевский собор

Девочки побежали собираться, а я улучила минутку, чтобы послать весточку Лео. Соскучилась по нему. Хотелось поболтать и обсудить с свои открытия. Найдя в интернете фото храма Покрова на Нерли, я прислала ему ссылку и написала короткое письмецо:

Я: Лео, смотри какие интересные барельефы на церкви. Мне они кажутся странными, какими-то непонятными. Но не могу понять, почему?

Уже по дороге во Владимир пришел от него ответ.

black_leopard: Рад твоему письму, Подруга!

Как Египет? Думал, на курорте тебе некогда будет писать письма. А что это ты Владимиро-Суздальской архитектурой заинтересовалась? Ностальгия по родине одолела? Пальмы и море уже надоели?

А теперь о том, что мне показалось странным на этих барельефах.

Во-первых, бросилось в глаза, что у девушек не покрыты волосы. Это нехарактерно для славянок. Тем более, для христианок. Заметь, святые девы всегда изображаются с покрывалом на голове.

У славян даже девочки не ходили простоволосыми. Обязательно на лоб повязывали ленточку или платок. Вспомни наши советские мультики по народным сказкам.

Взрослые девушки носили головные уборы с открытой макушкой (веночки, кокошники), а замужние женщины — с закрытой. А тут на церкви мы видим девушек с непокрытой головой. Это странно. Другой вопрос, что они вообще делают на христианском храме? И почему в такой странной композиции? Однозначно, это не библейский сюжет.

Меня заинтересовали львы, лежащие в нижнем ряду по обеим сторонам от дверей. Они явно защищают какую-то сферу, образуя Акер. Помнишь, мы недавно про него разговаривали? Наверняка, ты видела его на папирусах, которые продаются в сувенирных лавках на египетских курортах. Приглядись, когда будешь проходить мимо.

На Владимиро-Суздальских храмах львы охраняют вход. Вполне логично. Хотя, к христианству Акер имеет очень отдаленное отношение. Точнее, никакого отношения не имеет.

Еще я обратил внимание на хвосты львов из Акера — их кисточки образуют трезубец, или лилию, флер-де-лиз. Такие лилии — древний символ Бога Грозы и плодородия. Если хочешь, потом подробно все обсудим. Сейчас уже не успеваю — дела.

И передавай привет морю!

— Приехали, вот и Дмитриевский собор, — объявил Олег, ведущий машину. — Вы пока снаружи его осмотрите, а я договорюсь, чтобы для нас двери открыли.

Я сравнивала изображения египетских и Владимиро-Суздальских Акеров. Два льва стояли на посту, оберегая нечто важное. И меня даже не смутило, что в египетском варианте охранники были повернуты к Божественной сфере спинами, а на наших храмах они внимательно изучали всех входящих внутрь. Просто ребята по месту передислоцировались.

Дмитровский собор поражал величавостью и изобилием барельефов. Как и остальные храмы Владимиро-Суздальской Руси, он был возведен из белого камня. Строил его Всеволод Большое Гнездо — младший брат Андрея Боголюбского.

Заложили Дмитриевский собор примерно через двадцать лет после гибели князя Андрея. Повторяя изящный силуэт храма Покрова на Нерли, он выглядел более массивно и внушительно. И сюжеты, изображенные на его стенах, получили большее развитие.

Царя Давида, играющего на гуслях, мы увидели в еще более разнообразном окружении: тут были ангелы, грифоны, Священные птицы, улыбающиеся львы и ветви растений.

— А кто это по левую руку от Давида? — спросила Маруся, завороженно глядя на собор. — У него в руках еще какие-то топорики.

— Это Александр Македонский, — неожиданно за нашими спинами раздался знакомый голос. — Удивлены, как он попал на стену храма?

Мы оглянулись и увидели нашего знакомого экскурсовода Мишу.

— Миша, приятно тебя встретить, — обрадовалась Ника и лукаво подмигнула Марусе. — Какими судьбами?

— Туристов жду. У меня сегодня экскурсия по Владимиру и Суздали. Кстати, вы там уже были?

— Мы туда и не собирались, — ответила Маруся. — Думаешь, стоит съездить?

— Конечно, стоит. Там великолепный Кремль.

— Кстати, Миша, может ты знаешь? Почему на храме Покрова на Нерли изображены девушки с непокрытыми головами? — спросила я. — Это не по христиански. И язычницы славянки никогда в люди простоволосыми не выходили.

— Да, странно. Я даже не задумывался об этом, — пожал плечами он. — Единственное, что приходит в голову — это головки не обычных девушек, а жриц. Я же говорил, у Владимиро-Суздальских князей было свое видение христианства, оно сильно отличается от привычных нам канонов. Вы Георгиевский храм в Юрьев-Польском видели? Это полный разрыв шаблона.

— Пока не видели. Но какие в христианстве могут быть жрицы? Монахини?

— Нет, монахини носят платки. Честно скажу, я не знаю, кто эти девушки. Но если подумать… Музицирующий царь Давид — это отсылка к образу Аполлона — покровителя искусства. Его часто изображали с лирой в руках. И Аполлона греки считали покровителем Гиербореи, то есть России.

— Аполлон — покровитель России? — усомнилась Маруся. — Первый раз слышу.

— Ничего странного. Слышали про этрусков? Это наши пращуры. А у них Верховным богом был Апл. Потом греки стали называть его Аполлоном. Сами жители Гипербореи воспринимали и называли его иначе, разумеется. Не спрашивайте, как. Я не большой специалист в этой области.

— Получается, Апл — имя Бога, а яблоко — символ Рая. Стив Джобс был еще тем мистиком, — сказала Ника.

— Кто бы сомневался? — улыбнулся Миша. — Но вернемся к девушкам. Возможно, это музы Аполлона — его жрицы. Вы заметили, что у всех девушек разные лица? Они не абстрактны, а персонифицированы.

— Это звучит как бред, — отозвалась Ника.

— А я предупреждал, в Древней Руси было свое видение христианства. Еще интересно: имя Давид означает “возлюбленный”. Мы уже говорили об этом? Это даже и не имя, а эпитет, прозвище. Такой же эпитет был и у древнейшего Бога Грозы и Бури — Адада. На аккадском языке Адад означает “возлюбленный”. Бога Грозы также звали Ишкуром, Ашшуром, Карашем, Тором, Перуном… Список его имен более чем внушителен. Нельзя исключить, что Владимиро-Суздальские князья в образе Давида изображали на храмах Бога Грозы. Славянам привычней его было называть Перуном.

— А это логично, — согласилась Ника. — Перуна на Руси любили. Точно, он был возлюбленным Богом, то есть Ададом. К тому же, его считали покровителем наших князей и дружины.

Упоминание о Боге Грозы заинтриговало меня. Только сегодня утром Лео написал мне о нем связи с трилистниками на хвостах львов из Акера. Неужели, с храма на меня сейчас смотрит Бог Грозы, почитаемый в древнем мире?

— Девочки, если я не ошибаюсь, муз у Аполлона было девять: Терпсихора, Мельпомена, Каллиопа, Талия… Не помню всех имен. И на соборе Покрова тоже было девять женских лиц — по три с трех сторон. А четвертая сторона — алтарная и там барельефов не было, — заметила Маруся. — Мы потом рассматривали фотки, которые сделала Ника и обратили на это внимание.

В этот момент дверь Дмитриевского собора отворилась и друг Алексея позвал нас зайти внутрь.

— Миша, не хочешь пойти с нами? — предложила Ника. — У тебя как со временем?

— Минут десять у меня есть. Всегда прихожу немного раньше, чтобы не заставлять людей ждать. У туристов обычно жесткий график.

Мы зашли в церковь. Пропустив нас, служительница музея поспешила запереть двери на засов. Туристы часто не читают расписание работы музея. И даже в выходной день пытаются прорваться в собор.

Встав под центральным куполом, я осмотрелась. Фресок почти не осталось. Богослужение здесь давно никто не проводил. Сейчас в храме располагалась музейная экспозиция с несколькими экспонатами. Главным из которых был золотой ажурный крест, некогда венчающий собор.

Мы столпились у этого креста. Он был похож на райское дерево, вырастающее из полумесяца. Перекладины украшал изысканный узор из листьев и веточек, на которых весело щебетали маленькие птички. А в основании креста мы разглядели большую птицу, видимо ту самую жар-птицу из “Голубиной книги”.

— Потрясающая работа, крест словно кружевной, — восхищались девочки.

Посередине креста зияла дыра. Видимо, изначально там располагался Камень, вставленный в золотую пластину. Раньше это место точно не пустовало. Когда-то давно Магические кристаллы не прятали в мрачных подземельях, а давали им возможность наслаждаться солнечным светом, грозами и ветрами. Камни переговаривались с птицами и посылали сигналы своим родственникам, живущим на других планетах.

Есть версия, что и пирамиду Хеопса венчал Магический Камень. Его уничтожили вместе с верхушкой. Все это следы прошло-грядущей войны.

Тяжело вздохнув от нерадостных мыслей, я пошла осматривать сохранившиеся барельефы на стенах собора. Их было несколько: львы повернутые друг к другу спинами, как на Акере; и львы, чуть не соприкасающиеся головами.

Львы, повернутые спиной, защищали маленькое существо, находящееся между ними. То ли на львенка, то ли на другого зверька. Бдительные и свирепые, они оскалили морды, давая понять, что в случае опасности церемониться не станут — растерзают.

Почувствовав смертельную усталость, я присела на стул, предназначенный для служительниц музея. Глаза заволокла туманная пелена, сквозь которую  донеслись приглушенные мужские голоса и бряцанье шпор.

Не замечая никого из нас, сквозь запертые двери, в храм вошел высокий статный мужчина. Позвякивая шпорами, он проплыл мимо меня и встал у алтаря. Судя по дорогой одежде и гордой осанке, это был князь. За его спиной развевался черный плащ с соболиными шкурками, а на голове был повязан широкий кожаный ремешок с крупным рубином на лбу. На бедре я заметила перевязь с мечом.

Князь огляделся, но никого вокруг себя не увидел. Мои спутники тоже не замечали его, увлеченно рассматривая один из музейных стендов.

Встав на колени, князь начал молиться. В соборе стемнело, лишь лунный свет проникал сквозь узкие окошки под куполом. Прислушиваясь к его голосу, я пыталась разобрать слова. Но речь текла слишком быстро, а язык был непонятен. И тогда я решилась подойти к нему поближе. Он же не заметил меня, когда прошел мимо. Скорее всего, и сейчас не обратит внимания.

Стараясь ничем себя не выдать, я встала справа от него. Луна осветила благородный профиль и спадающие на плечи светлые волосы. Невольно залюбовавшись, я и забыла, что собиралась подслушивать.

Вдруг мужчина резко повернул голову и посмотрел мне в лицо:

— Кто ты? — спросил он.

— Анна.

Его глаза опустились к моей груди, где пурпурным светом загорелся Амур.

— А, ты из наших, — с облегчением вздохнул он.

— А ты кто? — осмелев, спросила я.

— Святослав Всеволодович, внук Юрия Долгорукого. Расскажи, что за жизнь у вас?

Образы нашей действительности закружились перед внутренним взором. Святослав встал с колен и возложил ладони мне на голову. Разноцветными волнами мои видения переходили к нему.

Я показывала, какой необъятной стала Москва, обустроенная стараниями его предков и потомков. Как сказочно блистают в ночи кремлевские звезды, словно это огромные рубины. Как взмывают в воздух самолеты и космические корабли, а по дорогам мчатся автомобили. И как рвутся вражеские снаряды у наших границ.

Словно птицы, мысли выпархивали из моей головы и опускались к нему на плечи. Рубин на его лбу горел уютным розовым светом.

— Киевляне снова лютуют? — сочувственно спросил он. — Опять на них походом идти?

— Лютуют.

— Ну и Владимир не слаб, — подбодрил он. — Дружины у нас сильные, князья воевать умеют. Зовите, если что. Поможем.

— Спасибо. А можешь показать мне князя Андрея Боголюбского? Он, действительно, бывал в Иерусалиме?

— Да, — ответил Святослав.

На какой-то миг моя голова заполнилась серым туманом. Постепенно из мрачного небытия стали проявляться очертания Альп.

Ночь. Горные вершины, словно стражи, со всех сторон обступили замок. Клочья снега белеют на темной земле. За крепостными стенами  протяжно завывает холодный ветер. А в пиршественном зале пылает камин и на вертеле поджаривался лесной поросенок.

Стол сервирован изысканной серебряной посудой. Четверо рыцарей терпеливо ожидают ужин. Слуги то и дело заходят в зал: поворачивают вертел с поросенком, ставят на стол сосуды с вином и водой, подбрасывают хворост в огонь.

Рыцари молчат. То ли сильно утомились, проделав тяжелый путь по горному перевалу. Или же им не хотелось посвящать в свои тайны прислугу.    

Когда жаркое было готово и разложено по блюдам, герцог Фридрих —  хозяин замка, выпроводил прислугу, запер на засов массивные двери и задернул занавески на окнах. Рыцари начали трапезу.

— Друзья, — сказал герцог. — Помянем наших доблестных соратников! Их жизни отданы не зря.

Эти люди без слов понимали друг друга. Но традиции требовали, чтобы на тризне произносились поминальные речи. Поэтому по очереди они говорили теплые слова в адрес каждого из трех погибших товарищей.

Их было семеро. Семеро непобедимых союзников и дружных приятелей. Рожденных в королевских семьях, их воспитали с мыслью, что жизни не принадлежат им самим и все силы должно отдавать на пользу общего дела.

Пройдя через битвы и пиры, они сблизились настолько, что представляли себя единым организмом. А теперь приходилось оплакивать троих погибших.

За плечами отважной Семерки осталось уже несколько успешных крестовых походов. Их целью не были ни богатства, ни предметы культа. Они собирали Магические Камни, похищенные мусульманами из священных храмов.

— И что, теперь конец приключений? — спросил один из друзей, русоволосый князь Андрей.

Ответ знал каждый из них, но никому не хотелось произносить его вслух. Семерка непобедима лишь когда в строю все семеро друзей.

— Мы собрали все Камни, какие смогли, — ответил Фридрих. — Пришло время раскладывать их по новым местам. И нужно поторопиться.

Кабанчик съеден, кубки с вином опустели, свечи догорели. Но никто из друзей не спешил в свою спальню. Утром им предстояло расстаться навсегда. А теперь они вспоминали лихие битвы и веселые приключения.

Каждый из них увозил на свою родину по увесистому ларцу с Магическими Камнями. Им предстояло выстроить новый Обережный Круг, взамен разрушенного.

Князь Андрей покидал Баварию с тяжелым сердцем. Но его душу согревал Капрас, висевший на груди. А в поясе было спрятано еще несколько наиболее важных Камней. Один из них был Амуром.

Вместе с серебристой дымкой образ князя растворился под сводами Дмитриевского собора. Я огляделась. Друзья изучали стенд с фотографиями барельефов храма.

— Видите этих двух птиц с переплетенными шеями? Подобные изображения сохранились на древне-египетских ритуальных предметах, которые недавно откопали археологи, — рассказывал Миша. — Поразительно, что зодчие поместили на стены Владимирской церкви.

— А меня больше удивил барельеф с Александром Македонским, летящим к Солнцу на грифонах, — поделилась Маруся. — Удивительная история.  

На мое путешествие во времени никто не обратил внимания. И мне захотелось о нем рассказать.

— Ребята, — сказала я. — У меня сейчас было потрясающее видение. Я увидела Андрея Боголюбского, герцога Фридриха и еще двоих рыцарей. Давайте, расскажу.

— Потом  обязательно расскажешь, — остановил меня Алексей. — Когда из собора выйдем.

— О, мне уже пора, — спохватился Миша. — А то к туристам опоздаю. В Успенский собор зайдете? Его тоже строил Андрей Боголюбский. В нем он и похоронен.

— Посмотрим, — неопределенно ответил Алексей. — Рад был снова увидеться. Пока.

Миша поспешил нас покинуть. А мы снова подошли к ажурному кресту.

— Мне кажется, в середине раньше был Камень, — предположила Ника. — И он возвышался над городом, словно всевидящее око. Как золотой петушок в сказке Пушкина.

— Мне тоже так показалось, — поддержала я. — Очень удобное место для кристалла.

Выйдя наружу, мы наткнулись на группу туристов. Молодые люди спортивного телосложения фотографировали друг друга на фоне храма. Ничего необычного в этом не было, но Алексей почему-то забеспокоился. Набрав Сноудена, он быстро произнес: “Валь, нужна помощь!”

А через мгновение мы оказались в плотном кольце этих молодых людей с перекошенными от злобы лицами. Рука одного из них потянулась к спрятанному под одеждой Амуру. У своей шеи я почувствовала холодное лезвие ножа.

Все происходило молниеносно. Алексей бросился ко мне и оттолкнул противника. Маруся с Олегом отчаянно отбивались от нападающих бандитов. Враги бросились врассыпную, а на земле осталась лежать Ника. Ее черное пальто было мокрым от крови.

“У нас раненые!” — кричал в телефон Алексей.

Скорая помощь подъехала почти сразу. Нику переложили на носилки. Она пристально смотрела на меня. В ее взгляде я увидела свое зеркальное отражение.

Из другой вселенной я смотрела вглубь себя, решая, куда направиться. Иной мир манил к себе, обещая долгожданный покой в Раю. Хотелось нырнуть в глаза Ники и вместе с ней подойти к вратам в ту сладостную страну. Как она называлась? Авалон, Дильмун или Кур?

Все происходящее в реальности казалось страшным сном. Я крепко сжимала Камень, боясь, что кто-то снова покусится на него. И только любовь к Каре задержала меня на пороге бытия.

В сопровождении полицейских Нику повезли в больницу.

— Как только врачи разрешат, ее на вертолете перевезут в Москву. У нас в госпитале лучшие хирурги, с того света людей вытаскивают, — подбадривал меня Алексей.

А я подумала, что к жизни ее сможет вернуть только Ика. Слишком близко она подошла к фатальной границе в небытие.  

27. Приезд Дмитрия

Что делать дальше, я не знала. Ранение Ники спутало все мысли. Пробуждая Камни, мы всколыхнули мир, нарушили планы, выстроенные нашими врагами. И, судя по их неистовой реакции, наша миссия проходила успешно.

Полицейские отвезли нас в гостиницу, где провели предыдущую ночь. Сноуден вызвал санитарный вертолет для Ники и обещал держать в курсе новостей о ее здоровье. Подключившись к камерам наружного наблюдения, он просматривал периметр нашего укрытия, чтобы принять срочные меры в случае появления нежданных гостей.  

Ощущение приближающейся катастрофы не оставляло меня. Я чувствовала, как вражеские силы собираются под Владимиром. Развязка должна произойти в ближайшие часы — им не терпелось избавиться от меня и завладеть Амуром.

Маруся с Алексеем казались абсолютно спокойными. Во время обеда они вели непринужденную светскую беседу.

“Профессионалы, — думала я, глядя на них с завистью. — Или они не понимают, какая опасность нам угрожает?”

Решив, что пора рассказать о видении в Дмитриевском соборе, я вежливо прервала их. Стараясь не упустить ни единой детали, подробно описала увиденный мною ужин в Баварском замке.

— Судя по всему, хозяин замка — это  Фридрих Барбаросса, — сказал Алексей. — Как он выглядел?

— Черты лица грубые, волосы с медным отливом, — вспоминала я. — Показался мне хитрым и упрямым.

Маруся принялась искать информацию о Фридрихе Барбароссе. У Фридриха, действительно, были рыжие волосы. Его прозвище Барбаросса и означало “рыжая борода”.

Средневековая Римская империя достигла при нем своего наивысшего рассвета и мощи. Он создал в Европе многочисленную армию, главным боевым ядром которой была тяжелая рыцарская конница. Фридрих проявил себя как виртуозный политик, искусный военачальник и реформатор.

При нем Европа набирала силу, способную противостоять внешней угрозе и  сдерживать междоусобные конфликты. Он мечтал возродить прежнее могущество империи Карла Великого. Но загадочная смерть помешала осуществить планы.

— Ну-ка, что там про загадочную смерть? — спросил Алексей.

— Он погиб в 1190 году во время Крестового похода, — объяснила Маруся. — По пути в Палестину его армия пересекала горную реку Селиф — это в нынешней Турции. Во время переправы Фридрих, облаченный в тяжелые рыцарские доспехи, упал с коня. Бурный поток подхватил его и никто из свиты не успел прийти на помощь.

— Странно, почему он переправлялся через реку в рыцарских доспехах? — удивилась я. — Кажется, это облачение надевали только во время битв и турниров. В нем же невозможно двигаться.

— Его смерть и современникам показалась странной, — ответила Маруся. — Фридрих отлично плавал. Рядом с ним всегда были телохранители, готовые отдать жизнь за императора. Ему тогда было около семидесяти лет. Но, говорят, он сохранил отличное здоровье и даже “дрался как лев”. Интересно, что место захоронения Фридриха неизвестно. Его тело где-то затерялось.

— Сейчас мы уже не разберемся, что там произошло на самом деле, — резюмировал Алексей. — Сердце старика могло не выдержать тягот сложного похода. Как я понял, дело было летом? Представьте: Турция, жара, горные дороги, ледяная вода реки, быстрое течение. Тут нужно отменное здоровье. Хотя, нельзя отрицать, что его убили враги или предали союзники. Как и Андрея Боголюбского. Интересно, кого еще Аня видела в Баварском замке?

— Пока не знаю, — ответила я.

Дверь в столовую отворилась. На пороге стоял Генерал.

— Наконец, добрался до вас, — весело сказал он, пожимая всем руки. — Вы уже пообедали? А меня здесь покормят?

Жизнерадостный взгляд Дмитрия успокоил меня, пробудил уверенность в успехе. Его лучезарная улыбка разогнала мрачное настроение.

— Ну, что у вас нового? — спросил он, придвигая к себе тарелку с борщем.

— Видение Анны обсуждаем, — ответила Маруся.

Выслушав мой рассказ о князе Святославе и средневековых рыцарях, Дмитрий сказал:

— Надеюсь, наша Семерка тоже будет непобедима. Кстати, вы обратили внимание, что фасады Дмитриевского собора украшены семью фигурами, стоящими рядом?

— Плохо помню, — призналась я. — Но Ника сделала много фотографий, можно их рассмотреть. Неужели эта та самая семерка Фридриха Барбароссы?

— Есть древнее придание, что хранителей Камней должно быть именно семеро — по числу звезд в Большой Медведице. Индусы называли это созвездие Семь Риши, что значит Семерка провидцев. А славяне связывали хранителей с медведем, то есть Бером. Не просто так Кремль был выстроен на Боровицком холме — в этом месте находился один из Священных Камней. Это был огромный валун. Поклониться ему шел народ со всей России. Говорят, собранная с Камня вода исцеляла болезни. Только в 19 веке церковники избавились от него. До сих пор неизвестно, куда его дели. И таких почитаемых Камней на Земле очень много.  

— Большие валуны — тоже часть Обережного Круга? — спросила я.

— Если честно, мы не совсем понимаем, как работает защитная система. Свои тайны Камни открывают лишь избранным. Случается, живет человек обычной жизнью. И вдруг Камни выбираю его, как своего Хранителя. Ведь так случилось с нашей Анечкой?

— Да, как-то так, — подтвердила я. — Но до сих пор не понимаю, почему они доверились мне? Значит, теперь мы непобедимая Семерка?

— Надеюсь на это. Во всяком случае завтра на битве нас будет семеро.

— Я, Маруся, Алексей… А кто еще?

— Четвертой будет Ника. Она в госпитале, но жива. Значит, душою будет тоже с нами. А пятым стану я, — объявил генерал.

— Хорошо, но до Семерки нам не хватает еще двоих.

— Хватает. Семерка в сборе. Завтра все узнаете.

28. Кремнии

После обеда Генерал отпустил всех отдыхать и набираться сил. Уединившись в своей комнате, я принялась писать Лео. За несколько лет нашей виртуальной дружбы я привыкла не стесняясь делиться с ним девичьими переживаниями. Мудрые советы Лео не раз помогали мне.

Но сейчас я обязана была хранить тайну. Чтобы ненароком не наболтать лишнего, решила завести с ним беседу на какую-нибудь отвлеченную тему. Например, обсудить какую-нибудь запись из его блога.

Открыв страницу друга, я наткнулась на статью под интригующим названием “Параллельные формы жизни существуют. Кремнии — наши земные собратья”.

Несмотря на броское название, статья оказалась серьезной и даже скучной. При других обстоятельствах я бросила бы ее и не стала дочитывать. Но сейчас нужен был повод для беседы. И потому я отважно углубилась в дебри альтернативной биохимии, о которой писал Лео.

Биохимия изучает, как бы развивалась жизнь на Земле, если бы при сотворении мира в наших клетках вместо углерода присутствовал бы какой-нибудь альтернативный элемент. Как бы выглядели в таком случае живые существа и какие биохимические процессы происходили бы в их организмах?

Альтернативная биохимия изучает разные варианты соединения химических элементов в живых клетках. Самым известным потенциальным заменителем углерода ученые считают кремний.

Атом кремния по строению похож на атом углерода, хотя имеет большую массу. Эти элементы находятся в одной и той же группе периодической системы Менделеева и их свойства во многом схожи.

Земная кора почти на одну треть состоит из кремния. По распространению в природе этот элемент уступает лишь кислороду. Различные соединения кремния — это горные породы, минералы, песок и драгоценные камни. Его большая концентрация в морской воде. Он незаменим для живых организмов.

В организме взрослого человека содержится около 700 грамм кремния. Он в наших костях, суставах, сухожилиях, хрусталике глаза, коже, сосудах, волосах, ногтях и слизистых оболочках. Его недостаток приводит к ослаблению иммунитета и раннему старению, поэтому его нередко называют элементом молодости.

Интерес к кремниевой форме жизни существует не только среди ученых. Этот вопрос интригует и людей, далеких от альтернативной биохимии. Странное “поведение” камней порой не укладывается в нашу привычную картину мира. Известно много случаев, когда валуны непостижимым образом перемещаются по земле. Особенно это заметно, когда большие камни “ползут” в гору и за ними остаются ясно различимые борозды. Такое необъяснимое явление заставляет задуматься, а не являются ли эти камни мыслящими существами, представителями параллельной формы жизни?

Самые знаменитые “ползующие” камни “живут” в Калифорнии в национальном парке “Долина Смерти”. Они “прогуливаются” по дну высохшего озера Рестрейк-Плайя, оставляя хорошо заметные следы на сухом песке. Тяжелые булыжники не перекатываются с места на место и не перемещаются путем вращения. Они именно ползут.

Американцы изучают этот феномен уже не один год. Снабдили своих “подопечных” исследовательской аппаратурой с GPS и составили карты их маршрутов.

На Тибете рядом с одним из буддийских монастырей тоже “живет” блуждающий камень. Валун весом более тонны движется по строго определенному маршруту уже несколько веков: он взбирается в гору высотой 2560 метров, затем спускается с нее и обходит вокруг. Подъем и спуск у камня занимают примерно 15 лет,  а “круг почета” длиной 60 километров — 50 лет. Буддисты считают этот камень священным.

Под Переяславль-Залесском, недалеко от Владимира, тоже живет чудотворный камень-путешественник. Это легендарный Синь-Камень и ему издревле поклоняются славяне.

Камушек весит около 12 тонн, но это не мешает ему блуждать по округе. По легенде, раньше он лежал на вершине священного холма Ярилы — славянского Бога солнца. Вокруг него располагалось святилище, куда на поклонение стекался народ из дальних мест.

Захватившие Русь византийские проповедники снесли капище Ярилы и на его месте построили свою церковь. Простояла она недолго, и в скором времени сгорела. А люди все шли и шли к камню на холм Ярилы.

Тогда византийцы огородили это место высоким забором и превратили его в монастырь. Но и тот просуществовал недолго.

В начале 17 века дьякон Переславско-Семёновской церкви отец Онуфрий решил проблему с камнем кардинально. По его приказу выкопали большую яму и сбросили в нее Синь-Камень. Казалось, новая вера восторжествовала над языческими предрассудками. Но через 15 лет Синь-Камень неожиданно показался на поверхности земли.

Лет на 150 “непокорный” камень оставили в покое. Видимо, не зная, что с ним еще можно сотворить. Но потом решили поставить себе на службу: освятить и заложить в фундамент новой колокольни. Что может привлечь паломников лучше, чем прославленный Синь-Камень?

Новая колокольня строилась на другом берегу Плещеева озера. Камень погрузили на сани и повезли по крепкому зимнему льду. Но и тут церковников постигла неудача. Лед проломился, сани провалились в воду и Синь-Камень опустился на дно. А через 40 лет он сам благополучно вылез на берег как раз к подножию Ярилиной горы.

Он и сейчас там лежит. К нему можно прикоснуться и попросить об исцелении. Только следует поспешить — судя по замерам, Синь-Камень постепенно уходит под землю.

Другими прославленными звездами среди “одушевленных” камней можно назвать Румынские траванты. Или конкретионы, как зовут их местные жители. Подобные камни встречаются в различных местах Земли, но предприимчивые румыны устроили в месте их скопления туристический центр.

Конкретионы не только перемещаются, но еще и растут. Стоит пройти дождю, как камушки заметно прибавляют в размере. А самое потрясающее и загадочное, что эти камни умеют плодить себе подобных.

Процесс их размножения лишен ожидаемой пикантности. Хотя, нам сложно понять, как это действо воспринимают сами камни. На “теле” конкретиона появляется интригующая выпуклость. Со временем она разрастается и, достигнув необходимого размера, отламывается от материнского камня.

Любопытные ученые распиливали “новорожденные” камни и изучали их строение. Они оказались абсолютно идентичны своим “матерям”: в середине ядро, а вокруг возрастные кольца.

Говорят, если привести маленького траванта домой в качестве сувенира, то он, как и его вольные сородичи, тоже будет расти и блуждать по дому.

Живые камни обитают не только на Земле. На Луне обнаружили двоих таких путешественников. Они “прогуливались” по кратеру Виттелия. Один умудрился поднялся по стенке наверх. Об этом можно судить по оставленным ими четким следам.

Возможно, кремниевая форма жизни процветает и на других планетах.

Прочитав эту статью в блоге Лео, я написала комментарий:

Я: Как интересно! А возможно, что живые камни заселяют всю Вселенную?

black_leopard: Конечно. Почему нет? А для путешествий они используют кометы. Ведь с Венеры до Земли своим ходом не “доползешь”. А комета, пролетая над местом остановки, частично взрывается. Осколки на нужную планету и падают. Это как пассажирские капсулы, которые отстреливаются.

Я: Похоже. Недавно такое видео все в сети смотрели.

black_leopard: Хотя, когда готовил материал, наткнулся на упоминание о летающих камнях. Они поднимаются в воздух, на какое-то время зависают, а потом плавно опускаются на землю, не разбиваясь. Хотел написать об этом. Но пока не нашел результатов серьезных научных исследований.

К обсуждению поста подключился и сетевой приятель Лео под ником “pagan_jar”. Этого молодого человека звали Юра, а неблагозвучная приставка “паган” означала, что он увлекался историей дохристианских верований. С английского “pagan” переводится “язычник”. В русском языке слово “поганый” носит ярко выраженный негативный оттенок, а в европейских странах слово  “паган” ни с чем плохим не ассоциируется.

pagan_jar: А чему тут удивляться? Раньше в каждой местности был свой Священный Камень, рядом с которым возводили капица и проводили обряды. Если Камень лежал в лесу, капища посвящали Богу Велесу. Если у реки на холме, то Перуну или Яриле.

black_leopard: Юра, а что язычники говорят о камнях-следовиках? Знаю, христиане их почитают.

pagan_jar: Так это языческие святыни!

Я: А что такое камни-следовики? Первый раз о них слышу.

pagan_jar: Это валуны с углублениями, как бы вмятинами. Считается, что нога Бога наступила на камень и оставила след. Дождевая вода, скапливается в этом следочке и считается освященной. Раньше много таких камней было, потом их уничтожили. Но в непроходимой глуши все еще остались. Мои друзья нашли несколько таких.

Тактично постучавшись, ко мне в комнату зашел Дмитрий.

— Не помешал?

— Нет. Мы в сети как раз обсуждаем существование кремниевой формы жизни. Слышали про такую?

— Слышал, — улыбнувшись, ответил он. — Аня, у меня к тебе серьезный разговор. Соберись, это важно.

При этих словах лицо Генерала заметно изменилось. Лучезарная улыбка испарилась, и теперь его взгляд казался уже не мягким и игривым, а решительным и холодно-рассудительным.

— Помнишь, я сказал, что завтра нас будет семеро? Так вот, с нами будут твои знакомые Кара и Ика. Не хотел тебе говорить раньше времени, но Кара настоял.

Услышав это, я еле сдержала радость. Хотелось вскочить с места и запрыгать от радости.

— Кара хочет поговорить с тобой по телефону и немного подбодрить. Узнаешь его по голосу?

— Постараюсь.

Генерал набрал номер, подал мне трубку, а сам вышел из комнаты. Голос Кары я не могла не узнать. Услышав его, я так разволновалась, что сразу охрипла и на приветствие смогла ответить только что-то нечленораздельное.

— Как дела? Как ты себя чувствуешь? Голова больше не болит? — спрашивал он.

Отвечала я односложно, и вскоре запас его вопросов был исчерпан. В разговоре повисла неловкая пауза. Я осознавала, что веду себя невежливо. Кара мог подумать, что мне не хочется разговаривать с ним. Но вдруг я вспомнила про статью Лео о живых камнях. По-моему, это была отличная тема для беседы.

— Кара, правда, что твое имя означает “камень”?

— Правда.

— Значит, ты хорошо разбираешься в камнях?

— Кое-что о них знаю. А почему ты спрашиваешь?

— Я прочла о кремниевой форме жизни. Как думаешь, живые камни — это реальность?

— Ты еще в этом сомневаешься?! — удивился он. — У тебя же амулет с таким Камнем. Ты не чувствуешь, что он живой?

— Чувствую. Интересно, все ли камни на Земле живые?

— Нет, не все. Мне кажется, что и люди на Земле не все живые. У некоторых определенно нет души. Камни живут параллельно с людьми. Но они очень уязвимы. Бездушные люди уничтожают их, не понимая, что рубят сук, на котором сидят. Понимаешь?

— Не очень.

Мелодичный голос Кары завораживал, мягкие интонации ласкали слух. Хотелось закрыть глаза и качаться на волнах этой музыки.

— Смотри, Камни Обережного Круга связаны друг с другом через ядро Земли. Они общаются с Камнями, живущими на других планетах и путешествующими в космосе. Они постоянно обмениваются информацией. Можно сказать, кристаллы — это накопители, собирающие данные со всей вселенной. Потому враги и стремятся их уничтожить. А для защиты Камней был создан орден хранителей.

— Вольные каменщики?

— Нет. Масоны, розенкрейцеры, храмовники — неплохая легенда для хранителей Камней. Эти тайные общества используют наши символы и некоторые ритуалы. Как-нибудь расскажу.

— Кара, скажи, почему Камни выбрали хранителем меня?

— Потому, что ты можешь с ними общаться. Камни хорошо улавливают волны любви. Это их язык.

— Но я не эксперт в любви, — возразила я.

— Завтра поговорим об этом, если все благополучно закончится.

— А если не благополучно?

— Тогда потом как-нибудь, — с оптимизмом ответил он. — Значит, до завтра?

— До завтра, — ответила я.

Поняв, что разговор закончен, в комнату вернулся Дмитрий.

— Кара сказал тебе, что мы завтра собираемся делать?

— Нет.

Внутри меня продолжала звучать чарующая музыка его голоса. Я чувствовала, что завтрашняя битва станет поворотной в моей жизни. Но единственное, что сейчас меня волновало — это предстоящая встреча с Карой. Я должна хорошо выглядеть и проявить себя с лучшей стороны. Не хотелось ударить в грязь лицом на глазах у мужчины своей мечты.

— Боишься, что враги окажутся сильнее нас? — спросил Генерал, по своему истолковав мою задумчивость.

— Нет. Просто волнуюсь немного. И, кстати, я до сих пор не знаю, что же завтра будет?

— Завтра все и узнаешь, — успокоил он. — Ты что-нибудь слышала о Чаше Грааля?

— Пару книг об этом прочла.

— Отлично, мне не придется тратить время на предисторию. Не удивляйся, но сейчас у тебя на груди висит кусочек Грааля.

— В каком смысле? — не поняла я. — Это метафора? Она означает что-то вроде того: не стоит тратить жизнь на поиски легендарных артефактов типа чаши Грааля, ведь внутри нас есть все, чтобы быть счастливыми?

— Про счастье ты права, но я имел в виду не это. Амур — часть Грааля. А вот то, что Грааль — чаша с кровью Бога — метафора. Кто только не искал эту чашу?! И лишь посвященные знали, что в легендах речь идет о Камне. В сказаниях об этом говорилось открытым текстом. Помнишь, в средневековых германских романах рыцари все время искали замок Грааля. Но слово stein означает и “замок”, и “камень”. Игра слов. Кстати, знаешь, что слово  “крепость” тоже произошло от “камня”?

— Камень — кара — крепость?  

—  Вот видишь, игра слов. Персифаль и прямо говорил, что Грааль — это камень. Но исследователи решили, что чаша с кровью была каменная. И в этом есть определенная логика, потому что в ритуальных целях часто использовали чаши из камня. Считали, что это единственный живой  природный материал. Одна из агатовых ритуальный чаш и сейчас хранится в Испании. Верующие почитают ее как чашу Грааля. Только ни власти, ни процветания она никому не принесла. Верующих это не смущает, разумеется.

— Да, странно. Я слышала, в мире есть несколько чаш, претендующих на звание Грааля. Что же их обладатели не правят миром? Да и с духовным просветлением у них туго.

— Именно. В средневековых европейских легендах Грааль всегда был связан с горами. Либо замок находится на горе. Например, Монсальваш. Либо герой  должен перейти через горы и проявить высокие моральные качества. А чем Шамбала не замок Грааля? Человек получает там просветление, благодать и божественые  знания. Но восточная система ценностей не так прагматична, как европейская. Они не стремятся править миром, а говорят об ответственности перед миром.

— Я читала про Монсальваш. Гитлер был уверен, что нашел эту гору. Только замка Грааля на ней не было. Но, как гласит предание, можно находиться рядом с ним и не заметить, потому что Грааль показывается лишь просвещенным.

— Все так. Но давай не будем вдаваться в дебри средневековых рыцарских романов, у нас для этого нет времени. Поговорим про восток. Там в качестве Грааля почитался lapis exilis — “небесный Камень”. По легенде, он пришел на Землю с Ориона. Место его нахождения знают только высшие Боги. Но частички небесного Камня странствуют по всему миру, сохраняя при этом связь с главным Камнем. Считается, у Соломона было кольцо с одним из Магических Камней. С его помощью легендарный правитель удерживал в плену царя демонов Асмодея. Летописцы писали, что иногда Камень начинал нагреваться, дрожал и менял цвет.

— Амур тоже часто нагревается, — поделилась я. — Цвет пока ни разу не менял.

— Посмотрим, как Амур поведет себя завтра. Но продолжим. Именно этот Камень считался главным сокровищем Соломона, он давал ему силу и мудрость. Возможно, это был легендарный “черный Камень”, который индусы называли Чинтамани, а тибетцы Норбу Римпоче. Этот Камень не имел на Земле постоянного места. Он блуждал по миру, переходя из рук в руки. Владеющий Черным Камнем владел миром. Не находишь тут сходство с Граалем?

— Это он и есть?

— Сохранились легенды, как Чинтамани приезжал с гор на Священном белом коне Химавата. Видишь, снова связь с горами. В других источниках этот Камень называют Сьямантак. Где бы он не появлялся, туда приходило изобилие и процветание. А у Кришны был Каустубху. Ученые спорят, Каустубху — это Чинтамани, Сьямонтак или другой Камень? Но мы знаем, что Священных кристаллов на Земле несколько. И все они связаны с главным Камнем. Теперь поняла, почему я сказал, что ты носишь на груди кусочек Грааля?

— Грааль — одно из имен Обережного Круга? — осенило меня. — Камней много, и все они связаны с Главным —  Капкаром. А хранители Камней — это Братство рыцарей Грааля.

— Примерно так.

— А где сам Капкар? Кто владеет им?

— Им нельзя владеть. А где он находится, я не могу тебе рассказать. Это знают лишь хранители, которым он сам показывается.

— Вы тоже хранитель?

— Нет, мне по службе не положено. Как-то раз Камни приоткрыли мне свои тайны. Но я понял, эти знания сделают другим. Я уже не смогу бороться с нашими врагами, как раньше.

— Но почему? Наоборот, Камни придадут силы.

— С силой надо быть очень осторожным. А у меня работа ювелирная. Потом сама поймешь. Я рыцарь Камня, а не хранитель.

— Я не понимаю, как Камни действуют на людей, — призналась я. — Мы их будим, а что происходит дальше?

— Камни запускают защитные механизмы земли, активируют иммунитет. А это процесс опасный, может привести к стихийный бедствиям.

— Но разве пробуждение иммунитета не ведет к оздоровлению Земли?

— Еще как ведет! Это-то и опасно. Защитные силы активируются и начинают убивать больные клетки организма. Их не остановить. Как думаешь, что Камни идентифицируют, как причину болезни?

Я задумалась: что же доставляет Земле наибольшие проблемы? Почему происходят экологические катастрофы? В чем причина загрязненного воздуха и океана? Кто вырубает леса и уничтожает животных?

— Камням мешают люди?

— Земля не может без людей — мы часть ее. Иначе давно бы уже избавилась от нас. Но что значит “человек”? Двуногий хищный паразит? Или разумное существо, генерирующее вокруг себя энергию любви?

— Все люди разные.

— Хорошо, если иммунитет будет действовать выборочно и даст людям шанс. Но никто не знает, что произойдет, если количество паразитов достигнет критической массы.

— Пробуждая Камни мы приближает катастрофу?

— Мы лечим раны Земли, стараясь не допустить катастрофу. Все дело в самих людях. Камни исцеляют души, если в них теплится искра любви. Иначе включают механизм уничтожения.

— Но каждый человек кого-то любит. Все помешаны на любви. Любовные фильмы и книги пользуются огромной популярностью.

— Человек должен любить не только себя и ближайших родственников, но и свою землю. Иначе иммунитет идентифицирует его как врага.

— То есть, пробуждая Камни, мы должны культивировать любовь? Значит, не просто так Амур внушал мне мысли о мире Анаит?

— Амур хочет провести терапию мягко. Капрас действует более радикально. Я бы сравнил его с хирургом.    

— Это нужно обдумать, — сказала я.

— Понимаю. Не буду мешать. Отдыхай, — ответил Дмитрий и вышел из комнаты.  

Мысли бурлили в моей голове. Я предполагала, что Камни могут быть опасны. Связанные с недрами Земли, они способны вызывать бури и землетрясения.

Как мы живем? Войны, раздоры, бездуховность. Хотим ли мы, чтобы Камни вмешались? Рано или поздно они это сделают. Что тогда станет с человечеством?

Амур уютно лежал у меня на груди. Хотелось укрыть его руками, словно это был маленький беззащитный котенок.

29. Путь в Юрьев-Польский

Утро приветствовало нас проливным дождем. Генерал назначил общий сбор в ресторане отеля, находящемся в одном из коттеджей. Я пришла первой, когда дождик еще еле накрапывал. Маруся, подошла следом и тоже не успела намокнуть. А к приходу Дмитрия и Алексея ливень разразился на полную мощь.

— Ну и погодка, — сказал Алексей, стряхивая с зонта крупные капли. — Даже выходить на улицу не хочется.

— Да, в такую погоду хочется только спать или мечтать, — согласилась я.

— Дождь — хорошая примета, — подбодрил нас Генерал. — Меньше будет случайных людей на улице. Давайте, сядем за тем круглым столиком.

Когда мы заняли свои места, он лучезарно улыбнулся и произнес:

— Желаю удачи! Все в сборе, погода благоприятствует. У нас все шансы выиграть. А теперь собирайте свои вещи и пора выезжать. Ваш джип уже пригнали. На сборы даю десять минут. И повеселее!

Маруся с Алексеем не мешкая встали из-за стола. А я в недоумении спросила:

— Дмитрий, и это все? Я думала, Вы расскажете что и как надо делать. Или инструктаж будет в машине?

— Я с вами в машине не поеду. Инструкция была: «собирайтесь». У тебя осталось уже только девять минут.

Стремглав я бросилась в свой номер. Сумка с вещами у меня уже была собрана. Но оставалось еще одно важное дело — послать весточку Лео. Казалось, мой день не сложится без его утреннего приветствия.

Я: Море жутко надоело. Соскучилась, хочу домой. Сегодня вылетаю.

Ответ от Лео пришел, когда я уже подбежала к нашей машине:

black_leopard: А у нас дождь. Осторожней, не вымокни.

Алексей загрузил наши с Марусей вещи в багажник и сел за руль. Ворота распахнулись и мы выехали навстречу судьбе.

— Я так и не поняла, куда мы направляемся? — спросила я, когда мы выбрались на трассу.

— Мы ведем себя, как ничего не подозревающие туристы, — пояснила Маруся. — Помнишь, Миша несколько раз упоминал про Георгиевский храм в Юрьев-Польском? С него и начнем.

Судя по всему, никакого четкого плана у ребят не было. Действовать предстояло по ситуации.

Дорога и монотонный дождь успокаивали. Уверенность друзей вселяла оптимизм. Закрыв глаза, я представила, что нахожусь в Небесном саду Анаит. Амур нежным котенком свернулся у меня на груди. Цветущие деревья улыбались, прислушиваясь к его блаженному мурлыканью. Но бесцеремонный стук в райские врата нарушил нашу идиллию.

— Уходите! Не хочу вас видеть! — строго прикрикнула я на названных гостей.

— Отдай нам свои Камни и мы уйдем, — раздался неприятный мужской голос из-за ворот.

Подозвав двух ездовых котов, я запрягла их в золотую колесницу и взмыла над небесным островом. Бесцеремонность пришельцев сильно тревожила меня. Она сигнализировала о том, что защитная матрица Земли трещит по швам.

Я направилась к Кроносу. Долгое время он оберегал Землю от врагов и лучше остальных Богов знал, что надо предпринимать. Пришла пора объединять все усилия.

Ливень не прекращался, дорога была залита потоками воды.

— А что мы знаем о наших врагах? — спросила я. — Как они выглядят, как действуют?

— Мало что знаем, — ответил Алексей. — Это крайне засекреченная организация, тайное общество. Нам пока попадались только мелкие исполнители, которых использовали для грязной работы. Выйти на главарей через них не удавалось.

— Сегодня они тоже пришлют какую-нибудь мелкую шпану, — предположила я.

— Нет, сегодня мы ожидаем рыбку покрупней. Им нужен Камень с твоего амулета. А взять его в руки может только посвященный. Иначе Камень может и убить. Ты обратила внимание, что никто из нас не прикоснулся к нему? Генерал вообще был поражен, что ты забрала его с постамента в Кремле.

— Я заметила, что все были удивлены. Значит, сейчас нам предстоит встреча с антихранителем. Он посвящен в наши тайны и обладает силой, чтобы держать у себя Камни. Но уничтожить или перепрограммировать кристаллы он не может — для этого нужна сила антибога.

— Враги знают, что наши главные Камни хранятся в Кремле. И пока там порядок, они недоступны для них. Но сейчас уникальный случай — Амур в руках хрупкой девушки. Враги вели нас от самого твоего дома и поняли, что мы путешествуем без свиты, в смысле, без прикрытия спецназа. Думают, что мы надеемся только на защиту самого Камня.

— От самого моего дома?

— Потом Генерал сам тебе все расскажет. У меня нет полномочий, даже не спрашивай.  

— Значит, нас с Амуром использовали как наживку, чтобы вытянуть из подполья антихранителя?

— Да.

— Хоть какая-то определенность. Ладно, справимся.

Тем временем мы уже почти подъехали к Юрьев-Польскому.

— В такой дождь туристов здесь не должно быть много. Тем более будний день, — сказал Алексей, когда мы достигли центр города.

Как мы и предполагали, на улицах было пустынно. Найти Георгиевский храм удалось не сразу. Он оказался не на территории старинного монастыря в центре города, а несколько поодаль от него.

Мы оставили машину на парковке у монастыря, раскрыли зонты и пошли к храму. Когда перед нами появились его украшенные резьбой белокаменные стены, дождь закончился и яркий луч солнца осветил уникальные барельефы.

“Амур разогнал тучи, — подумала я, любовно поглаживая амулет. — Хочет, чтобы мы полюбовались на эту красоту”.

Теперь можно было не прятать Камень под одеждой. Я сняла с шеи шелковый платок и расстегнула верхние пуговки на блузке. Амур лукаво выглянул из выреза.

— Давайте обойдем собор, — предложила Маруся. — Посмотрим, фотки сделаем.

Замысловатые узоры с райскими птицами и грифонами покрывали стены храма. Словно книгу, их можно было перечитывать часами. Маруся с Алексеем увлеченно фотографировали удивительные барельефы. А я остановилась перед аркой центрального входа.

— А можешь найти здесь слона? — услышала я за своей спиной голос Миши.

— Слон на древнерусском храме? Так бывает? — удивилась я. — А ты здесь как оказался?

— О, у меня сегодня здесь высокопоставленные туристы. А где ваша темноволосая подруга?

— В больнице. Представляешь, на нее напали прямо в центре Владимира.

От этого известия лицо Миши заметно погрустнело.

— Надеюсь, ее жизни ничего не угрожает? — с беспокойством спросил он. — А в полиции что говорят?

— Врачи делают все возможное. И полицейские стараются. У нас же там друг работает. Обещает, что найдут негодяев.

— Будем верить в лучшее, — вздохнул он. — Красивый у тебя кулон. Очень подходит к твоим глазам.

— Спасибо, — игриво улыбнулась я, принимая комплимент. — Это бижутерия какой-то престижной фирмы, друзья из Франции привезли. А камень тяжелый, как настоящий. Хочешь в руке подержать?

— Нет, мне как-то неудобно в общественном месте лезть девушке под блузку, — засмеялся он. — Пойдем, лучше про храм тебе расскажу. Его построил Святослав Всеволодович, племянник Андрея Боголюбского и внук Юрия Долгорукова. По легенде, раньше на этом месте было древнее языческое капище.

Упоминание о князе Святославе ласкало слух. Я вспомнила свое виденье в Дмитриевском соборе во Владимире. Значит, сейчас мы в его вотчине, сакральном месте, которое он сам обустраивал. И он обязательно поможет справиться с врагами.

Не успела найти изображение слона на фасаде, как к храму подъехал кортеж из четырех дипломатических автомобилей.

— А вот и мои туристы, — встрепенулся Миша. — Хочешь, устрою тебе VIP-экскурсию?

— А можно?

— Пойдем, скорее. Скажу, что ты моя помощница.

Секьюрити, вышедшие из машин, плотным кольцом обступили представительного пожилого иностранца.

— Очень важный человек, — шепнул мне Миша. — Английский знаешь?

— Нет.

— Тогда просто кивай и улыбайся.

Английский язык я знала довольно неплохо. Во всяком случае, диалог  Мишы с иностранным гостем был для меня понятен. Они обменялись приветственными фразами и поспешили войти в храм. Все это время иностранец не спускал глаз с моего амулета.

— Что он смотрит на мою грудь? — тихо спросила я Мишу. — Это неприлично.

— Ты ему понравилась, — ответил он. — Идешь с нами в храм?

— Конечно.

Миша собирался что-то рассказать гостю об истории собора, но тот отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

Тяжелые двери храма закрылись на засов. На какое-то время воцарилась тьма. Глаза постепенно привыкали к тусклому свету, исходящему из узких окошек под куполом.

30. Обряд

Секьюрити раскрыли старомодный кожаный сундук, достали из него металлическую чашу и установили ее на каменный стол, обозначавший место расположения алтаря. В соборе давно уже не проводились службы и сейчас в нем располагался филиал городского музея.

Один из охранников затянул какую-то песню на английском языке, а двое других зажгли в чаше огонь.

— Что он поет? — спросила я Мишу.

— Псалмы Давида. Сейчас они будут проводить здесь обряд. Хотят взять на время твой амулет. Сними его сама, пожалуйста, — ласково попросил он.

— Нет, не хочу. Он слишком дорог мне.

— Но почему? Они же его вернут. Ты сама сказала, что это всего лишь бижутерия. В крайнем случае они заплатят за порчу.

— Нет, — замотала головой я.

— Сколько хочешь за него? — с ненавистью спросил пожилой гость.

В ответ я только усмехнулась. Тогда один из охранников обхватил меня сзади, скрутил руки и понес к алтарю.

Не разжимая захват, меня опустили на колени прямо перед полыхающим в чаше огнем. Двое молодых людей-близнецов встали по обе стороны от меня, а пожилой иностранец — напротив. Я ждала, кто же отважится сорвать  амулет.

Звонкий голос певца уносился под своды храма. Перед чашей на алтаре близнецы зажгли еще двенадцать свечей. Вдвоем они стали произносить стихи на незнакомом мне языке. После каждой строфы братья синхронно тушили по одной свече с обоих стороны.

Затаив дыхание, я ожидала, что же случится, когда потухнут две последние. И этот момент наступил. Прочитав последнюю строфу, они их потушили.

Пожилой иностранец подошел ко мне со спины и попытался снять цепочку с амулетом. Но Камень словно прилип к моей груди. Близнецы перебросились несколькими непонятными фразами. Убрав с алтаря потушенные свечи, они зажгли вместо них новые. Поняв, что ритуал не сработал, его решили повторить.

Но и после повторного ритуала Камень не сдвинулся с места, он словно прирос к моей коже. Тогда на алтарь был положен короткий кинжал, с рукояткой, украшенной драгоценными камнями. Я поняла, с его помощью Камень будут отрывать от тела.

Один из близнецов положил руку прямо на Амура, а другой поднес кинжал к моему горлу. Это было предупреждение Камню. Чтобы спасти мне жизнь, он должен был отпустить меня.

Страха не было. Зная, что друзья рядом, я ощущала себя в безопасности. Моя душа не переживала, что с телом может произойти что-то плохое. Казалось, что физическая оболочка не принадлежит мне и при необходимости я могу легко ее скинуть и умчаться домой — в недра Земли.

Да, я почувствовала себя Камнем. Мои гладкие грани ярко сверкали, отражая огненные языки плавящейся магмы. Мой блеск растворял пространство и время, подчиняя их моей воле. Меня охватило пьянящее чувство, что силой мысли  можно менять структуру мельчайших кирпичиков мироздания, подчиняя их своей воле.

Но чужая холодная рука крепко сжала мои светящиеся грани. Врага надо было уничтожить. Убийственным ударом я прошла по венам близнеца. Его кровь забурлила. Смертельный импульс с бешеной скоростью разрывал его внутренние органы. Покусившийся на Камень, был обречен.

Молодой человек безвольно одернул руку. Тогда за Камень схватился его брат. То ли моя энергия была уже истощена, то ли второй близнец обладал большей силой, но посланный мною смертельный импульс не смог разрушить его защиты. Он крепко вцепился в амулет и что есть силы стал отрывать его от тела. Но безуспешно. Тогда взяв в другую руку кинжал, он стал вырезать Камень вместе с кожей.

Но Амур уже врос в грудную клетку. Боли не чувствовалось, хотелось скорее сбросить с себя чужую холодную руку. Сила, поднимающаяся из недр Земли, уже переполняла меня.

Вдруг черный сгусток энергии вырвался из моей груди и ударил близнеца в голову. Бросив на меня безумный взгляд, он упал замертво.

Пожилой гость подобрал кинжал, выпавший из его руки и замахнулся, чтобы ударить мое тело в сердце. И тут случилось чудо — оказавшийся рядом Кара, словно парализовал его.

Двери в храм распахнулись. Воины в черном ворвались внутрь.

— Ты как? — шептал Кара, взяв меня на руки.

Я все еще представляла себя Камнем, и выходить наружу из сверкающих граней мне пока не хотелось.

Вскоре в храме остались только мы вдвоем. Кара прижимал к себе мое бездыханное тело и прислушивался к затухающему сердцебиению.

Связаться с blackpost